Реальная история. Аутизм: взгляд со стороны

Общество

  Это история рассказана не мамой ребенка-аутиста, а родственником семьи. Это взгляд со стороны на проблему неприятия диагноза родными и близкими. 

  «У моей сестры Аллы (все имена изменены по этическим соображениям) двое детей – девочка Ира и мальчик Саша с возрастной разницей в полтора года. С девочкой никогда не было проблем – активный ребенок, постоянно требующий внимания и одобрения взрослых, развивающийся не по дням, а по часам. А вот Саша всегда был тихоней – мало что могло вызвать его плач или вообще какие-либо эмоции – восторг, интерес, обиду. Еще он никогда не требовал к себе внимания, мог долго самостоятельно играть с чем угодно, например, коробкой из-под игрушки. Все это я списывала на особенности характера… 

  Летом 2016 года я очередной раз наведалась в гости к родным. «Саше уже два года, с ним можно играть в различные игры, читать сказки, рисовать…» – думала я. Но к своему удивлению, я увидела «другого» ребенка. Племянник не смотрел на меня, да и вообще не поднимал глаз выше своего роста, не отзывался на свое имя, не понимал, что ему говорят или о чем просят, вертелся вокруг себя как волчок, играл не игрушками, а обувью, кастрюлями, бумагой. В еде стал очень привередлив: ел пищу только в виде пюре, столовыми приборами сам пользоваться не мог. Мальчик не понимал, для чего нужен горшок. Но самое странное – он ничего не говорил. Не произносил даже отдельных звуков, просто молчал…



  Сначала я подумала, что Саша глухой. Своими переживаниями поделилась с сестрой, на что получила грубый ответ. Я решила не вмешиваться.

  Но беспокойство уже поселилось в моей голове, заставляя все чаще возвращаться мыслями к поведению племянника. А вскоре в моей жизни появился человек, ребенок которого имел похожие проблемы. От нее я впервые и услышала слово «АУТИЗМ». 

  Новая знакомая то и дело присылала мне электронные книги, статьи, ссылки форумов на эту тему. И чем больше я читала, тем сильнее убеждалась – то, что происходит с племянником Сашей, – это не сложный характер, а диагноз. 

  Я долго не могла сказать сестре о моих подозрениях. К слову, она человек резкий и поговорить по душам у нас редко получалось. Поэтому я начала с мамы. Она согласилась с тем, что внук отстает в развитии, но поначалу слово «аутизм» даже слышать не хотела. Но вскоре и она сдалась – скрывать или замалчивать то, что происходило с ребенком, не было смысла. Но вот сестра упорно держала оборону: «у меня просто такой ребенок». 

  Реальные проблемы начались с детского сада. Уже через несколько дней полноценного пребывания ребенка в группе воспитатели забили тревогу – Сашу невозможно было накормить и уложить спать ни под каким предлогом. Вместе с детьми он не играл, на просьбы не реагировал, во время тихого часа вставал и убегал, кричал и вырывался, если его пытались остановить. Работники дошкольного учреждения предположили, что ребенок глухой, и сказали это Алле.  

  Сестра отвела сына к сурдологу, который исключил глухоту, и к местному детскому психиатру, который не увидел в его поведении ничего странного. Но, вместо беспокойства, почему хорошо слышащий и психически здоровый ребенок ведет себя неадекватно, к сестре пришло облегчение. Этими справками она помахала перед заведующей детским садом и успокоилась…



  Время шло, а дела у Саши становились все хуже. Каждый день Алле звонили воспитатели и просили прийти, говорили, что просто не справляются с ребенком. Сестре сначала намекали, потом уже говорили прямо, что ее Саша – особенный ребенок и ему нужна коррекционная группа, где есть специалисты, которые умеют работать с такими детками. Она же указывала на некомпетентность работников и их нежелание заниматься с ребенком. Это противостояние дошло до районного отдела образования. А так как в заключении детского психиатра было указано «здоров», дошкольное учреждение не могло отказать ребенку в посещении обычной группы. 

  Когда я предлагала сводить ребенка к другим специалистам, сестра недоумевала – зачем, ведь психиатр уже смотрел Сашу и ничего подозрительного не обнаружил. Когда я спрашивала ее, читала ли она что-нибудь про аутизм и реабилитацию таких деток, получала грубый ответ и нарекания в том, что я, родной человек, считаю своего племянника «дебилом».

  Все, что мы смогли добиться с мамой, – это записать ребенка в местный коррекционный центр. И в первый же день занятий специалисты сказали, что Саша их «клиент»…  

  В свои три с половиной года мой племянник осмысленно не смотрит в глаза, его взгляд постоянно «блуждает» и нигде не задерживается. Он все так же не может есть твердую пищу, самостоятельно не ходит на горшок, не играет с игрушками так, как это принято – машинку катать, куклу кормить, кубики складывать и т.д. Ребенок совершенно не понимает обращенную речь: «где мишка», «принеси кружку», «возьми банан». Появились бесконечные cамостиму-ляции, свойственные аутистам, – кружение, хлопки руками, прыжки и т.д. Ребенок стал бить себя по лицу руками всякий раз, когда его что-то беспокоит, его сон не подчиняется суточному ритму, а речь стала похожа на бессвязный поток звуков, где иногда всплывают слова, не относящиеся к реальной ситуации. Даже на простые вопросы Саша ответить не может, не говоря уже о ведении диалога.  



  Каждый день после обеда моя престарелая мама забирает внука из детского сада. Два раза в неделю она отводит его на занятия в коррекционный центр. Спустя почти два года моя сестра уже понимает, что Саша – особенный ребенок, но заниматься с ним просто не хочет. У нее дома нет книжек, которые можно почитать детям на ночь, нет пластилина, раскрасок, карандашей, альбомов для рисования. Единственное развлечение – бесконечные мультики, которыми она «затыкает» все свободное время своих детей. 

  Совсем недавно Алла съездила с сыном к детскому психиатру в Гомельскую областную поликлинику, который поставил Саше диагноз «задержка психоречевого развития» и подозрение на ранний детский аутизм. К моему ужасу, он не рассказал, что при аутизме и задержках развития необходима постоянная домашняя коррекция ребенка, не направил сестру на дополнительные лабораторные исследования, к другим специалистам, например, логопеду, неврологу, дефектологу. Ничего не посоветовав сестре, он сказал им прийти через год! 

  Несмотря на поставленные диагнозы, у Аллы не было паники.  Сестра отстранилась и ждет, когда все проблемы сына рассосутся сами собой. А такое бывает, к сожалению, только в сказках!»

  Записала Анна ВЕРЕНИЧ
  Фото со свободных источников



Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *